Говорят, в Америке шагу нельзя сделать без адвоката. И именно эта категория людей там самая ненавистная, именно про адвокатов рассказывают больше всего анекдотов, оскорбляющих честь и достоинство тружеников этой столь необходимой (в первую очередь им самим) профессии. Любой американец знает, что адвокат разденет покруче самого крутого грабителя. Об адвокатах снимаются бесконечные сериалы (взять хотя бы идущий и в Израиле "Адвокаты Лос-Анджелеса"), знаменитые адвокаты выступают в самых престижных телепрограммах, становятся сенаторами и президентами. В общем, не мне рассказывать американцам, что это за чудище такое - адвокат. Известно, что ремесло адвоката, так же как врача и банкира, в Америке считается традиционно "еврейской" профессией. Но поскольку в США далеко не все жители - евреи, то многие желающие стать адвокатами иудеи могут при известном усердии удовлетворить свои амбиции.
        Израильский адвокат американскому не уступит. Но, в отличие от Америки, евреи в населении нашей страны составляют более восьмидесяти процентов. А так как у всех в генах заложено стать адвокатами или врачами, то количество людей, обладающих этими "национальными" профессиями, превосходит все разумные нормы.
        Недавно опубликованные данные свидетельствуют, что Израиль - страна с самой большой плотностью адвокатов на душу населения. В нашей стране на каждые 335 "нормальных" граждан (включая грудных младенцев и стариков, страдающих болезнью Альцгеймера) приходится один адвокат. В следующей сразу за нами по насыщенности "пираньями от юриспруденции" стране, Англии, адвокатов чуть ли не вдвое меньше - один на 550 живых душ, а в Германии, которая на третьем месте - "всего" один адвокат на девятьсот человек.
        И каждый год, несмотря на такое ужасающее (прямо как раковые клетки) распространение адвокатов, около тысячи новых юристов заканчивают университеты и юридические колледжи Израиля. При этом, насколько я знаю, безработицы среди юристов пока не отмечается, хотя приличное место уже можно найти только по блату.
        С адвокатами новый репатриант сталкивается буквально на второй день после приезда в Израиль. Ибо первым делом он снимает квартиру. Я до сих пор не понимаю, за что адвокат берет сумму, равную месячной арендной плате - до 500 долларов, если все что он делает, это просто заверяет типовой (в подавляющем большинстве случаев) договор на съем квартиры. Эта работа отнимает у него максимум пятнадцать минут. Разделите 500 долларов на 15 минут и вы получите стоимость адвокатской минуты. Теперь умножьте полученный результат на 480 - нормальный восьмичасовой рабочий день, завоевание трудящихся ХХ века, и вы получите идеальную адвокатскую ежедневную зарплату. Честно говоря, я даже не стал проделывать эти операция, чтобы не портить себе настроение.
        Адвокаты должны зарабатывать. Поэтому в Израиле судятся по любому поводу. Все взрослое население страны делится на две категории - истцы и ответчики. Впрочем, большинство совмещает и те, и другие функции. У меня есть приятель, кстати, новый репатриант, для которого суды - это любимое хобби. Он уже судится с муниципалитетом Реховота по поводу выбоины в асфальте, из-за которой он подвернул ногу, против строительного подрядчика, делавшего ему квартиру, по поводу плохого качества строительства, против страховой компании по поводу травмы, полученной при легком касании двух автомобилей (спасибо, мудрые люди подсказали, что на этом деле можно получить 4-5 тысяч шекелей). В свою очередь против него судится муниципалитет его родного города, потому что он не на ту стенку повесил компрессор кондиционера. Где он берет деньги на процессы? А нигде. Адвокаты работают на процент с выколоченной суммы. А поскольку примерно так же живет каждый нормальный израильтянин, то суд в Израиле дело неспешное. Например, поданные в октябре 1997 года так называемые мелкие иски (до 8 тысяч шекелей), будут рассматриваться только в июле 98-го - очередь. А уж там, где пахнет большими деньгами, процессы длятся долгие годы.
        Поводом для иска может быть что угодно. Например, отмененная свадьба. Одна невеста требует компенсации за заказанное платье, напечатанные и разосланные приглашения и разумеется за моральный ущерб, нанесенный нежной девичьей душе.
        У меня собралась целая коллекция таких исков. Один гражданин оставил без присмотра в фойе тель-авивской гостиницы чемодан со своими вещами, так его бдительные полицейские провели по разряду "подозрительного предмета" и взорвали. Стопроцентный израильтянин тут же оценил сам чемодан в три тысячи шекелей и его содержимое еще в пять тысяч и потребовал все восемь тысяч (максимум, что можно выбить в суде по мелким искам) от администрации отеля. Правда, с такими исками обычно получается, как со слоном в зоопарке из знаменитого анекдота: "Съест-то он съест, но кто ему даст?" Но поскольку попытка - не пытка, отчего же не рискнуть. И требуют: одна дама - восемь тысяч от ветеринара в компенсацию за утерянного им ее любимого кота, доставленного на кастрацию, другая - 2 тысячи от магазина продавшего средство от блох, после которого любимая собачка околела, и так далее...
        О всеобщем помешательстве на судах и следствиях говорит хотя бы тот факт, что против 15 из 120 депутатов Кнессета ведется то или иное расследование. А если есть расследование, значит есть и адвокат. Против экс-генерального директора канцелярии главы правительства Авигдора Либермана только за последний год было подано 28 (!) судебных исков и жалоб в полицию, и ведь каждое из этих дел с его стороны должен вести адвокат!
        На каждого уважающего себя журналиста должно быть подано как минимум несколько исков за оскорбление и клевету. Журналисты воспринимают такие иски чуть ли не как орден за боевые заслуги. С гордостью рапортую, что против меня поданы два таких совершенно безнадежных для истцов иска.
        Чрезвычайно популярны иски к врачам и больницам: умер человек - значит, плохо лечили, гоните 5, 10, 15 миллионов, это в зависимости от того, во сколько вы оцениваете любимую покойную тещу... Другая дама растет дура-дурой, вот и требует через суд 13 миллионов, полагая, что она стала такой в результате того, что при рождении ей нанесли мозговую травму. Похоже, она все-таки не очень дура...
        Так что адвокатам скучать не приходится. Один человек пошел на море купаться, внезапно налетевшая волна сбила его и ударила о находившийся на дне камень, в результате чего он серьезно повредил позвоночник. Сам по себе факт прискорбный, можно выразить соболезнование. Сегодня этот человек требует от муниципалитета Герцлии компенсацию в размере 40 (прописью - сорок) миллионов шекелей за то, что на дне моря в районе городского пляжа оказался камень. И глядишь, выиграет процесс. 40 миллионов он конечно не получит, а миллион ему, возможно, и присудят. Это, впрочем, совершенно не значит, что он сможет свои деньги получить. Ибо для получения присужденного требуется нанять уже других адвокатов, специализирующихся в этой щекотливой области юриспруденции.
        Наконец, в Израиле существует еще Высший суд справедливости, который вовсе не концентрируется на каких-то глобальных государственных делах. Отнюдь. В него обращаются по любому поводу, но, как правило, до обычных дел частных граждан руки у наших верховных судей доходят лет через пять. Но рассматривается там все, что угодно, вплоть до дел о пропаже кошки... Так Высший суд справедливости рассматривает, показывать по телевизору какую-то передачу или нет. И естественно, и истца, и ответчика представляют адвокаты, за каждым из которых стоят целые адвокатские команды, которые готовят горы документов-аргументов и ссылок на прецеденты. И вот после долгих судебных прений суд, наконец, решает, что программу для подростков о гомосексуализме показать по телевизору можно. Адвокаты обеих сторон - и победившей и проигравшей - довольно потирают руки. Ведь в таких процессах для адвокатов важен олимпийский принцип: главное не победа, главное - участие.
        Единственное, что внушает хоть какой-то оптимизм: в последний год конкурс в университеты на юридический факультет уменьшился...

        Лев Авенайс, 1998

Back Home Next