Мне казалось, что это хорошие книги. Чудесные, замечательные книги, которые обязательно надо взять с собой. Когда все рушилось, дом шел с молотка, вещи, знакомые с малолетства, за бесценок уходили в чужие руки, книги бережно укладывались в ящик. Они благополучно добрались до Израиля, поскитались вместе с нами по съемным квартирам и, наконец, обрели полку в детской комнате. И тут оказалось, что книги эти не так уж и хороши.
       Вы помните, как интересно было читать о приключениях Незнайки? Боюсь, что не помните. По крайней мере, вот этого:
       "Карасик объяснил, что хотя нити и делались из одного и того же сырья, но материи получались разные. Это зависело как от метода химической обработки нити, так и от устройства ткацких станков, которые могли изготовлять не только тканые материи, но и трикотажные, то есть вязанные, крученые и плетеные, а также валяльно-войлочные, вроде фетровых и велюровых, и комбинированные, какими являются, например, вязально-тканые, войлочно-крученые или валяльно-плетеные".
       Это "Незнайка в Солнечном городе", глава "Незнайка и его спутники совершают экскурсию на одежную фабрику". Заголовок больше всего напоминает сообщение ТАСС - "Первый секретарь обкома посетил передовой колхоз им. Первого секретаря", а вся книга - сборник статей из журнала "Знание-сила" конца 50-ых. Я не знаю, когда Носов создал эту "нетленку", для меня Незнайка был всегда, так же, как гимн по радио в 6 утра и памятник воину-освободителю в городском парке, но по безудержному восхвалению химизации и механизации догадываюсь, что книга писалась в хрущевские времена. А я ее читал. И нравилось, наверное. А "Незнайка на Луне" точно понравился - я помню. Зато сегодня перечитываю сыну на сон грядущий и поражаюсь - до чего же они неживые, эти маленькие человечки, они вытесаны из дерева, как солдаты Урфина Джюса, и страсти у них картонные, и разговоры, как жеваная промокашка. Даже если бы малыши не ходили по всем этим дурацким фабрикам, а лазили по деревьям, стреляли из рогаток и гоняли в футбол, они все равно не стали бы настоящими. Была у Носова главная задача - растолковать девочкам-мальчикам, каково им будет жить при коммунизме, он ее и выполнил, как сумел, а что персонажи получились из папье-маше, так за это в тюрьму не сажали.
       Мне казалось, что детские книги, уложенные в багаж, навсегда останутся с нами. Теперь я в этом уже не уверен и не только потому, что новые красочные издания затмили сереньких ветеранов, просто мне пришлось перечитать потрепанные тома заново.
       Ревизия дала неутешительные результаты - книги из багажа напичканы кудрявоголовыми Володями и мальчишами-кибальчишами. Мир, который возникает на их страницах, выглядит сегодня куда сюрреалистичнее созданных Борхесом или Вианом. Даже герои Баха и Гессе кажутся более земными, чем все эти тимуры и барабанщики.
       Так и быть, я согласен три раза в минуту прерывать чтение, чтобы рассказать сыну, что хлебают лаптем и куда крепят оглоблю, но объяснять, что имел в виду автор, токуя про светлое завтра, в котором не будет никаких буржуев, а один сплошной коммунизм, я не собираюсь. Хватит того, что наши израильские холмы озарены лучами красна солнышка-сионизма! Про сионизм сыну, кстати, уже объяснили и он все понял - был такой злой фараон и добрый "косем" (волшебник, фокусник - ивр.) который заставил расступиться море, но все равно все было плохо, а потом пришли наши и стало хорошо.

       А вот еще одна книжка, по настоящему хорошая, чудесная и замечательная. Самуил Яковлевич Маршак, "Любимые детские стихи". Я вам один стишок прочитаю, а вы послушайте. Называется "Как рубанок сделал рубанок":
       Говорит рубанок: - Ну-ка,
       Поищу себе я внука,
       Чтобы не был суковат,
       Чтобы не был свилеват,
       Чтобы не было в нем цвели,
       Чтоб служил он нашей цели.
       
И дальше:
       А ну-ка, внучок,
       Ложись на бочок,
       Я тебя по краю
       Малость постругаю.
       А ну, дорогой,
       Повернись на другой.
       Экой ты шершавый,
       Грязный да корявый.
       А теперь с торца
       Да с другого конца!
       Я понимаю, что при чтение этих строк у ребенка, пока не привыкшего искать второй смысл, никаких нежелательных ассоциаций не возникнет. Но Фрейд просто затрясся бы от восторга, попади ему в руки такой стих. Тем более, что дальше дедушка-рубанок бросает клич:
       Ну-ка, ну-ка, молоток,
       Ты ударь меня в задок,
       Растряси мою колодку,
       Широко раскрой мне глотку
       Ай, да дед-педофил с гомосексуальными наклонностями! Хорош, ничего не скажешь!
       Я не покушаюсь на славу Маршака, доставшуюся ему по праву. В отличие от Носова, претензии на сей раз не к автору, а к составителю сборника. Это ведь не только моему сабре, но и кондовому русаку, который в Волгограде родился и никуда дальше Вологды не выезжал, нынче не объяснишь - как выглядит свилеватый чурбан с цвелью. Ребята, вы же не "Литературные памятники" издаете, а детскую литературу! Время и не такие крепости брало, отложите в сторону то, что умерло - вам за это родители только спасибо скажут. Говорят, наши маленькие сабры русские сказки не понимают - с корытами, ухватами и хомутами, но я хотел бы глянуть на юного жителя одной седьмой суши, который во всем этом без ста грамм разберется! А с нашими совсем беда.
       Беда, беда, еще и потому что их сверстникам читают совсем другие книги. Мы создаем систему, которая никогда не будет работать, забиваем им головы самоварами и кренделями, прекрасно зная, что от первой русской алии Израилю на память остались только "будкэ", "кибенимат" и суффикс "- ник". Ах, нет, забыл, еще "водка", "погром" и "спутник", хотя сейчас это слово предпочитают произносить на английский манер - "сателит". С кем ребенок может потолковать про Незнайку и Ивана-царевича? Хорошо еще, что есть телевизор и черепашки-ниндзя помогают наладить общение со сверстниками.
       Сюжеты, которые разрабатывает детская литература, не зависят от страны, где написана книга. Ни один автор не станет внушать ребенку, что отбирать игрушки у малышей - дело чести, доблести и славы. Но что делать с несходством персонажей? Мы с малолетства обрекаем своих отпрысков на состояние мучительной раздвоенности и делаем это из чистого эгоизма. Я должен понимать своего ребенка. Я должен быть уверен, что смогу найти с ним общий язык - всегда и везде, в любой ситуации, что бы ни произошло. Я делаю то, что удобно мне. И потому закладываю в ребенка свою систему культурных кодов, для меня абсолютно естественную и, более того, единственно возможную, пользуясь которой он в этом мире выглядит "белой вороной".
       Беда, просто беда, еще и потому что я не могу этого не делать. Я ведь даже не знаю, что дать взамен - все эти пестрые обложки, украшающие витрины израильских книжных лавок, для меня на одно лицо. И даже если подскажут, что брать, получится не чтение, а мука - незнакомый текст, лексика не та, логика не та. Привычка к чтению газет на иврите позволяет быстро-быстро нанизывать слова на ниточку смысла и, даже если пара бусинок упала на пол, все равно получается ожерелье, а в сказке с каждым непонятным словом ниточка ускользает из пальцев и дело стопорится, не идет. Ничего, кроме отвращения к книге ребенок из этих опытов не вынесет, а этого допустить нельзя, книга - источник знаний и лучший подарок. Любить ее ребенок обязан. Не получается с Бяликом - пусть любит Барто. Чуковского. Маршака с цвелью.

       Говорят, что новое поколение смотрит на мир другими глазами. Если нам казалось, что мы находимся посреди грандиозной библиотеки, то этому Generation X мнится, будто они глядят на экран огромного монитора. Наверное, вскоре все проблемы с переводом с русского на русский исчезнут: лазерный диск хорош тем, что тебе не только рассказывают про загадочный хомут, но и показывают его - крупный план, средний, общий, а вот хомут на лошади, а вот так, деточка, лошадь ржет, а вот так она ест. Хотя скорее всего, никакого хомута на си-дишках не будет - в римейке старой сказки про Иванушку-дурачка, герой будет сражаться за свою любовь с коварными космическими пришельцами, помогать ему будет добрый хакер, а мешать злой байкер. Старую сказку, конечно, жаль. Но, может быть, хоть тогда наши дети перестанут быть "белыми воронами"?

       Гарри Резниковский, 1998

© Design & content - Garry Reznikovsky 1998-2000

Back Home Next